Ампутация души
Всякая ампутация - боль. Даже невинное удаление аппендицита не всегда проходит успешно. Отрыв же родителей от детей, а детей от родителей - ампутация души, страшная ампутация, отделение нас от наших детей, по существу, разделение нас с нами, собственными частичками, нашими кровиночками и рыбками.
Раньше детдомов не было. Раньше детей забирали ближайшие родственники или абсолютно чужие люди. Раньше ребенок, оставшийся без родителей, либо попадал в чужую семью, либо умирал. Раньше не было лучше, смерть - плохая альтернатива детдому, но те, кто не умирал, попадали в семью. Плохую или хорошую, но семью. Выросший в плохой семье человек в своей взрослой жизни моделировал семью. Он старался моделировать семью получше, пытался не допустить того безобразия, какое творилось в его приемной семье. У кого-то получалось, у кого-то не очень, но в любом случае общество получало в той или иной степени полноценную ячейку. Выросший в детдоме моделирует детдом. Как это ни странно, но детдомовские дети, на словах мечтающие создать в будущем семью, на практике создают детдом. Маленький, но детдом, из двух или трех человек, но все же детдом. Детдом, в котором все, кто не свои, - чужие, все, кто не из детдома, - враги. Черно-белый детдомовский мир часто сравнивают с тюремным - детдомовские законы и тюремные понятия слишком сильно пересекаются. Разница между детдомом и тюрьмой на первый взгляд небольшая, но, как мне кажется, очень и очень существенная.
Детдомовские дети не поют песен о маме. Детдомовцы не мечтают выйти на волю. На воле - плохо, холодно и голодно. На волю - не хочется.
Мне страшно. Мне становится страшно, когда я разговариваю с бывшими детдомовцами. После описания сцен насилия, жестокости и абсолютной дикости детдомовцы рассказывают о нашем с вами мире "вольной" жизни. Из рассказов выходит, что жизнь в детдоме была лучше. Не хочу повторять то, что наверняка расскажут другие. Но после всех ужасов детского приюта, неприкаянности и одиночества наш благополучный мир оказывается намного более жестоким и холодным. Жестокие дети выходят в еще более жестокий мир, становясь еще жестче.
Чужих детей не бывает. Все дети - наши. Все сегодняшние взрослые - бывшие дети.
